Alex Dietrichstein (glavbuhdudin) wrote,
Alex Dietrichstein
glavbuhdudin

О госпереворотах, революциях и националистах. Ч.5

Оригинал взят у kosarex в О госпереворотах, революциях и националистах. Ч.5

 

Итак, отставной генерал, депутат Думы Рохлин решил осчастливить Россию госпереворотом.  Выбор армии логичен – тяжелое вооружение и выучка солдат позволяет захватить власть. Части ВВ и ОМОН вооружены хуже. Эти же части потенциальное меньше всего желают активно лезть в гражданские войны. Непосредственно соприкосновение с населением и сослуживцами других ветвей родного министерства действует хуже вражеской оккупации. Если в стране воруют, то эти части видят последствия воровства. Если благодать, то сам вопрос о перевороте снимается. Спецслужбы тоже армии не помеха. Вспомним историю с Чаушеску, спецслужбы могли воевать с населением, но армия оказалась им не по зубам. Оставлю в стороне этот вопрос, но спецслужбы, включая особые дивизии НКВД могли хорошо воевать при нормальной мотивации, как под Сталинградом, - есть иноземный враг, а вокруг свои, бей фашиста и так далее. Воевать за правительство, которое большинство населения считает дурным, спецслужбам не очень легко. Итак, выбор понятен, а дальше начался маразм. Начали сколачивать группу, в которую звали Лужкова, Бабурина и прочих граждан, думские разговоры, поездки по воинским частям. Апофеозом деятельности стала попытка вовлечь в заговор Лукашенко. Даешь витебскую дивизию, а дальше мы Россию перевернем. Лукашенко посмотрел и выставил просителей. Логичное действие, любой вменяемый человек поступил бы на его месте точно так же.

 

Давайте посмотрим на идею заговора чуть внимательнее. Любой отставной военный с орденами и без орденов на груди в заговоре никто. Даже начальник военного округа – существо сомнительное. У него штаб, батальон охраны и власть. Отвечает за людей командир дивизии. Командарм рискует штабом, а комдив куда большим личным составом. Любой отставной генерал может придти хоть к капитану и агитировать, но отставник рискует собой, а капитан ротой. Разница принципиальная. Да, отставных военных уважают за былые заслуги, никто их не стремится обижать, но любого комдива куда больше интересует мнение соседнего комдива и своих офицеров, чем мнение отставников. Что касается давления на личный состав со стороны гражданского общества, то всякого военного очень интересует мнение гражданского общества – детей, жены, тещи и далее в нисходящем порядке, включая вас и вашего управдома. Если вы, уважаемый читатель, думаете, что мы можем с вами придти в армию и устроить агитацию, и наша агитация перевесит мнение тещи, вы очень ошибаетесь. И ещё меньше ваше мнение перевесит в глазах военного человека мнение сослуживцев. Они тоже в случае переворота рискуют собой и людьми, а вы только собственной шкурой. Хорошо, предположим, вы убедили комдива, а есть комполка, он тоже рискует личным составом. Если командиры полков не согласны, дивизия вслед за комдивом не выйдет. Есть нечто глубоко халявное и безответственное в идее явится в дивизию и заявить «Выводи личный состав, я готов возглавить переворот». Кто-то будет рисковать личным составом и собой, а вы приходите и позиционируете себя как начальство.

 

Посмотрим на ситуацию с другого бока. С какой кстати вы должны возглавить переворот? Ах, вы знаете, как поступать дальше после выведения техники из боксов – кого хватать, кого подбодрить, кого назначить. То есть вы предлагаете принести вам, родимому, победу на блюдечке с голубой каемочкой, сделать главную работу за вас, а далее сесть сверху и своему благодетелю команды отдавать. Такая ваша изначальная позиция. Сколько бы вы ни говорили, суть невозможно затушевать. Даже, если вы скажете, что отдаете почетное место диктатора, а вы останетесь скромным помощником, вы всё равно претендуете, что будете рулить всем, а военные только бумажки подписывать и ушами хлопать. Извините, у военных без вас хватает начальников, а манипуляторов ещё больше. Одних завскладами на сотню правительств хватит. Мы очень привыкли к роли военного человека как некому орудию в руках манипуляторов. Но степень манипуляции зависит от управления. Нет действенной схемы управления – нет условий манипуляции. Вне общей схемы управления армия разбивается на набор отдельных личностей, которые обязаны принимать решения при совсем других условиях.  Я ещё не разбираю армейские традиции тотального стукачества. Хотя здесь Рохлин погорел и не только он один.

 

Про Рохлина я слышал весьма неприятную историю. Приехал он в Волгоград в часть к знакомому генералу, выпили, закусили, пошли всем коллективом в баню. И тут Рохлин при всех выдал, мол, можешь поднять дивизию? Комдив ляпни – как два пальца обсосать! Через день он получил назначение командовать батальоном в Анадыре. То есть Рохлин повел себя как заурядный провокатор. Между словами «поднять дивизию и дойти до Москвы» разница колоссальная. Стукачей в армии хватает. Им только дай повод отличиться. Плохую во многих частях завоевал Рохлин репутацию. Да, потом Рохлин поплатился жизнью за свою деятельность, но он именно завелся и позабыл, что звание и лампасы не всё. Ответственность за личный состав дает совсем другую мотивацию решения. Дальше ещё один принципиальный вопрос – что может штатский дать армии? Любят кричать – у нас партия, отличные ребята, все пойдем вперед. Красиво звучит на митингах, но все ребята нуждаются в подготовке, боевом слаживании (желательно, недели три на тактическом поле), офицерах, оружие и прочих вещах. Вместо этого политики любят рассуждать в духе большевистских фильмов – мы все пойдем вперед, да у нас сила духа выше крыше. Поставьте себя на место любого военного. Где-то крупнокалиберный пулемет. Дать ракету из ПТУРА – получим два трупа, причем радоваться нечему, все граждане, все свои, убивать не тянет. А тут подходят штатские и говорят, что готовы своих сторонников скопом на крупнокалиберный бросить. Представьте себе реакцию вменяемого офицера. Человек двести неподготовленный ребят должны лезть на крупнокалиберный пулемет, потери огромны, цель с технической точки зрения смешна. Именно смешна и преступна, потому что коллективное выступление армии заставит в большинстве случаев пулеметчиков не дожидаться ПТУРа или удара танковой пушки, а спокойно сдать пулемет и пойти домой к женам. Точно так же танковый батальон элементарно сметет омоновцев. Но стрельба красива в компьютерных играх, а в идеале эти омоновцы должны вернуться к детям и женам здоровыми и невредимыми. Одно дело в бане хвастануть, что дивизия готова выполнить приказ, другое дело начать пальбу. Я помню октябрь 1993 года, военные вспоминали при мне картину штурма здания парламента и стрельбу из танков. Комментарии просты – от 120 мм снарядов танка в комнате от человека ничего не остается, даже кусочков мяса для похорон. Это их реакция. У здания в тот день толпилась толпа гражданских, смотрящих на пальбу как на игру в компьютере. Это реакция невежд. Вкратце подытоживая сказанное, всегда надо помнить, что военный человек последнее решение всегда примет сам. Я как-то пошутил при военных, что с каждым годом отставки голос военного пенсионера становится всё решительнее, хоть срок отдыха от службы можно измерять. После хохота люди задумались, а потом пришли к выводу, что лет шесть пенсии превращают пенсионера в крайне решительного деятеля, забывшего, каким он был под грузом ответственности за свою часть. А сейчас самая главная тайна.

 

Представьте себя на месте Лукашенко, встретившего делегацию заговорщиков. Отбросим в сторону важнейшую проблему провокаторства, скрытой слежки, стукачества и прочего. Ваша реакция на предложение поучаствовать в перевороте? Пауза, мой ответ. Я бы послал бы их куда подальше. Предположим, что Лукашенко собирался свергнуть Ельцина. Даже в этом случае заговорщики ему не были нужны. Вместо этого ему нужны были бы реальные связи с командирами дивизий, которые лучше не светить перед прочими лицами. Потом заговорщики и так присоединились бы к нему, но без лишних обязательств – обеспечить одному большой доход, другому выгодную должность, третьему работу, в которой тот ни в зуб ногой. Переворот и без них войска совершат, а управлять лучше в соответствии с реальными возможностями человека. Например, у меня была любовница, которая контролировала дорожные работы. Как она рассказывала, от работы развивается чутьё, где сколько асфальта положили. То есть, едет машина, возникает ощущение от тряски рессор, что здесь положили 8 см асфальта, вместо 15 см, проводится скрытие. В 99 случаях из 100 результат точен. Представьте себе, что на это потенциально доходное место претендует революционер с безупречной совестью. Теперь интересно, сколько раз его надуют. Нет смысла брать обязательства перед революционером, вступать с ним в контакт, если он и так примкнет. Каждый человек хорош, когда его используют в меру его возможностей, иначе получится как с Аркадием Гайдаром. Назначили его полком командовать, потом пришлось срочно снять и расхлёбывать неприятные последствия.

 

Вывод в истории Рохлина и Лукашенко очень прост – аферистов надо гнать. Их услуги не нужны. Обязательства перед ними усложнят работу. Их активность сродни провокаторству. Тот же Лукашенко сам мог бы войти в контакт с российскими генералами без посредников. Заговор только выиграл бы в скрытности и эффективности. Лукашенко избрал другой путь. Он предпочел работать во имя экономического развития Белоруссии. Успехи очевидны и достойны похвалы. Его решение очевидно. Витебская дивизия не игрушка. Есть понятие ответственности за людей. Но ещё важнее, что посторонние люди в госпереворотах не нужны. У Лукашенко в подчинении целая спецслужба. Он мог бы войти в куда более эффективный сговор с генералами. Армия сама принимает свои решения. Лукашенко узнал бы мнение военных, но всё равно бы прогнал заговорщиков из окружения Рохлина. Мы можем общаться с военными и честно делиться житейскими проблемами. Армия может быть недовольна обществом или правительством или наоборот ощущать довольство, но всё равно она обязана принимать решения самостоятельно. Не надо навязывать ей своё лидерство и рассматривать в качестве пешек, ищущих подчинения. Я очень скептически отношусь к ребятам, жаждущим порулить армией. Получится примитивное провокаторство. Рохлина убили, когда дальше терпеть его в качестве провокатора не было смысла. Всех он дернул, выявил всех, кого мог выявить. Дальше создавалась иллюзия, что власть слаба и позволяет провокатору делать, что угодно. Рохлин перешагнул ту грань, до которой был полезен как невольный провокатор, и погиб. Хомяков не перешагнул эту грань. Это его искусство или чьё-то доброжелательство. Однако заговор изначально не учитывал, что такие люди армии не нужны. Армия сама решает, когда и как выступить. В этом смысле лучше честно материться в адрес армии, чем пытаться ею манипулировать и навязывать подчиненное положение.

 

 

 



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments