Alex Dietrichstein (glavbuhdudin) wrote,
Alex Dietrichstein
glavbuhdudin

Дальнейший кризис в РФ

Оригинал взят у kosarex в Дальнейший кризис в РФ
Продолжим наше сравнение с казармой. Народ молчал в 1990 году. Конечно, были потом митинги коммунистов, ругань в адрес Гайдара, Чубайса и прочих. Были репрессии, включая тайные убийства, о которых сейчас принято "забывать", хотя именно убитые сейчас особенно важны нашим олигархам в плане защиты от Америки. Уничтожение активного элемента в мирное время ВСЕГДА убивает боеспособность армии в военное, если, конечно, к пассионарием не причислять маньяков вроде Чикатилло. Однако, основная масса населения ещё не подозревала о грядущей многонационалии, поэтому вела себя как салаги при дедах. Есть уважаемые и неуважаемые дедушки, им флаг в руки. Действительно, кто был обязан подправить и исправить эксцессы перестройки, как не красные директора, мужественные работники КГБ, храбрые генералы? Кто должен был найти путь к сердцам народа, как не душевные работники искусства, вроде, Говорухина, призывавшего потом голосовать за чеченца Джабраилова, или друга Березовского и выдающегося журналиста с билетом работника спецслужб в кармане Невзорова? А какие песни должен был исполнить миллиардер Кобзон во имя социальной справедливости и пропаганды вечных ценностей! Тут надо понять урок социализма - казарма не подымится, если деды молчат, если они разобщены, если они продались, если они струсили. Если казарма попытается подняться мимо дедов, деды сдадут, разобщат, наврут с три короба, выпустят пар в свисток, а кой-кого начнут подавлять без приказа сверху. Единственный вариант это лозунг - бей дедов, спасай Россию! Попросту говоря, нам не до шакалов-офицеров, сперва с дедами надо разобраться.

Поэтому все разговоры о пассивности и тупости народа вне данного контекста нелепы. В этом смысле пещерный антисемитизм глуп. Постановка вопроса, что без дедов-евреев остальные дедули тихо и мирно отдадут власть или сами собой исправятся, нелепа. Дедовщина отлично существует без евреев и с евреями. Романы Абрамовичи это верхушка, которая величественно плавает на яхтах и стоит над дедовщиной, точнее сидит на трибуне Челси, а ниже идет простая бытовуха. Точно также контрпродуктивно обзывать всех совками, поскольку в эту категорию мы автоматически записываем дедулю Пашу-мерседеса и народ, который этого Пашу-мерседеса, мягко скажем, недолюбливает. Важнее позиция интеллигенции, которая, якобы, хотела открыть глаза народу на несправедливости. Да, хотела, но с дедовской позиции, то есть боялась прямо сказать - сдадут вас, ребята, ваши красные директора, мужественные спецслужбисты и храбрые генералы с потрохами. Без этого мы получили бунт на коленях и массу истерики. Призывы вместо скепсиса, обещания вместо грустной правды, публицистику без психологизма. Грустная правда была очень проста - многонационалия разрушит дедовщину ценой разрушения общества. Сейчас это видно без бинокля.

Сейчас народ поступает очень адекватно. Все былые герои перестройки, включая героев протеста, отвергаются на уровне подсознания. Но не надо преувеличивать энергию протеста. Во первых, есть масса подсознательных страхов, во вторых, есть традиция изображать из себя более решительного сторонника перемен, чем на самом деле. Это я проходил ещё в школе - изображающие из себя крутых часто врут в глаза, мол, я прямо сказал старшему, что он неправ, послал куда-то, короче, повел себя грубияном, а на деле они при первом серьезном испытании только головой кивают и застенчиво старшим в рот смотрят. Даже на уровне голосования пошумят и за Едро проголосуют. В прошлом году по ЖЖ было видно, как возник накал страстей, больше половины мужчин в ЖЖ начали сдавать позиции, а не просто объяснять, почему они дальше в радикализации идти не будут. Только в этом году наметился перелом - меняться не хотят. Действительно, верно, зачем идти вперед и куда-то кого-то гнать, если не хочешь, или, наоборот, срочно призывать возлюбить ситуацию в стране? Лично я на баррикады не гоню. Такие вещи должно решать само население, тем более, сейчас ничего не получится. Поэтому я в личном общении проделывал простейший фокус. Называется - общение без политики и уточнения личной позиции. Заметил интересное явление. Лица, которые в целом за Едро и Путина, начинают чувствовать себя неловко и жаждут уточнений - как подладиться под собеседника, ругать власть или хвалить? Кстати, таких намного больше, чем может показаться по общению в Интернете.

Это можно назвать просто - вызревание недовольства. Остановить вызревание недовольства невозможно. Иначе, надо срочно кончать с многонационалией. Колебания на уровне - хвалить власть или ругать - нельзя объяснить наличием неких подстрекателей, непонимающих величие Путина, мудрость Медведева, гений Чубайса и т.д. Обычно позиция начинает меняться под влиянием очень простого вопроса в голове - что я буду иметь, если примирюсь с существующим миром? Конформист всегда задает себе именно этот вопрос, а не философствует о международном положении, ситуации в стране, правительстве и прочим. Конформист это не диссидент на кухне и не радикал, ищущий свою тусовку. Конформиста принято обвинять в трусости, но попробуйте задеть его личные интересы, и он окажется вполне способным на расчетливую храбрость. Конечно, есть конформисты, вроде, Юрия Шевчука, у которого мастерски получается имитировать недовольство и быть угодным власти, но ведь тот же Шевчук, как мы знаем по Чечне, проявил себя отнюдь не трусом. Тем более, смешно полагать, что некий читатель читает Навального, но не идет на митинг в силу трусости. Не идут на митинги в равной степени конформисты и неравнодушные в силу понимания, что их интересы не представляют.

В целом мы находимся на той стадии, когда за конформизм не бьют и бить не собираются. Общество как бы кряхтит и ждет, пока наши условные деды не получат по морде от национальных землячеств. Зато национальные землячества радикализируются куда быстрее, чем их руководителям хотелось бы, если бы им хотелось чуточку подумать. Их слабость в том, что они не могут ни сдержать национальную преступность, ни жажду продвижения наверх в погоне за баблом. Соответственно, не наплевать в душу дедам они не могут. Например, избиение футболиста Гогниева в Грозном это не просто битьё какого-то футболиста, это ещё плевок в сторону спонсоров клуба, то есть областной элиты. Скандал с требованием освободить Мирзоева после убийства Агафонова это уже не тихий подкуп должностных лиц, а жесткое требование, после которого остается только требовать освобождать нарушителей закона на халяву. Перед нами нормальное проникновение и закрепление национальных общин у вершин власти. Начинается со взяток и лести, кончается стуком кулаков по столу и требованием халявы.

На уровне интеллигенции уже заметен иной процесс - требование к русским зомбировать себя в интересах конкретной национальной общины, а не в неких рамках интернационального дискурса. То есть мы видим, как национальные общины начинают себе присваивать функции евреев и грузин. Между прочим, на место обольстителей грузин у нас претендует пресловутый Запад. В итоге мы получаем межвидовую борьбу за право на обольщение совка-интеллигента. То, что Запад выступает в роли защитника чеченцев, это его сугубо личная проблема, поскольку чеченцы с экранов телевизоров давят на одни психологические рецепторы, западные деятели на другие, дагестанцы на третьи, узбеки и таджики на четвертые, и свести концы с концами невозможно. При этом еврейская интеллигенция ещё не понимает, что её неминуемо "достанут" своими претензиями. Возникла ситуация, когда русско-еврейский дискурс бессмысленен. Проще сказать - они вас достанут по самое не могу рано или поздно, не компостируйте нам мозги, а то потом придется декомпостировать. И на это накладывается спецоперация по стиранию исторической памяти. В дело бросили Фоменко и намного меньшие фигуры вроде Галковского и Кунгурова. Они собирают вокруг себя самых никчемных и безвольных представителей интеллигенции, а также энергичных кандидатов в мелкопрайсники. Более бессмысленного занятия трудно представить, поскольку логика противостояния с США требует прямо противоположного. Пропаганда как краска хорошо ложится на олифу исторической памяти, а без этого трескается и коробится. Под таким прессом совок начинает вымирать и превращаться в нечто, схожее с западным обывателем.

Но самое главное, что деды вынуждены сами себя дискредитировать, то есть показывать свои нормальные качества - трусость, зависимость, жадность, беспринципность. В итоге мы видим разрушение очарования насилия в самых разных видах от насилия физического до насилия психологического. Более точно мы можем сказать - разрушается культ и очарование насилия над более слабым. Без этого невидимого культа прежние отношения существовать не могут. Впрочем, в наше время часть культа стала явной, достаточно вспомнить разные сериалы вроде Бригады. Кстати, западные боевики вроде фильмов со Сильвестром Сталлоне или сериалы о Джеймс Бонде это тоже культ насилия над более слабым. Гипертрофированная сверх единица добра мочит маленькие единички зла и ходит по головам обывателей, которые обязаны ощущать себя полными нулями. У нас же великие единицы местных и центральных управленцев раз за разом оказываются полностью неспособными защитить обывателей от маленьких единиц зла, зато по головам ходят. Это очень важен элемент дискредитации их аналогов в народной среде и в среде интеллигенции.

Власть всегда устойчива, пока она не дискредитирует собственные аналоги на более низком уровне. Именно поэтому не только революции происходят не каждый день. Я не случайно писал о важности для конформистов выяснить мнение собеседника. Если аналоги дискредитированы, нет ощущения устойчивости. Под аналогами я подразумеваю определенные типажи личностей. На этом основано воздействие кино - определенный типаж превозносится, определенный дискредитируется. Например, навязывался образ коммуниста с уверенным взором или некого коммуниста как строгого папаши для подчиненных. Мы получили Зюганова, а Зюганов дискредитировал массу своих аналогов. Одновременно происходит обратный процесс - аналоги в низах общества дискредитируют свои аналоги в верхах общества. Например, некоторые типажи ментов или мошенников здорово дискредитируют наших многих оппозиционеров. Мне, например, Холмогорова здорово напоминает работницу детского отделения милиции, забывшая, что имеет дело не с несовершеннолетними хулиганами. Недаром недавно в Петербурге освистали политика Едра, полезшего на сцену. Повел себя как мент без формы.

Дискредитация аналогов вносит сумятицу в поведение наверху. Нарушается логика авторитетности. Только кажется, что можно легко заменить одну функциональную единицу на другую. На самом деле это всегда путает отношения наверху. Как сказать тому или иному авторитетному человеку, что он авторитетен только среди своих? Для этого надо встать в оппозицию к мнению своего круга. Попробуйте сказать на собрании совета директоров коллеге - вас, уважаемый, надо сменить, поскольку у вас лицо жулика, да и говорите вы с ужимками и интонацией жулика! Естественно, вы не только не скажете, вы так не подумаете, а выдвините иную идею - народ туп, но ничего, стерпится, слюбится. Именно это мы сейчас видим на каждом шагу. То есть, система начинает демонстрировать ригидность и разрушать собственное очарование.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments