Alex Dietrichstein (glavbuhdudin) wrote,
Alex Dietrichstein
glavbuhdudin

Categories:

Добрынин о революции 1917 года и России

Оригинал взят у kosarex в Добрынин о революции 1917 года и России
http://ukhudshanskiy.livejournal.com/1500723.html  Не уверен, что во время Гражданской войны будущий агент НКВД Вертинский был настолько известен, как позднее. Так что, литературная обработка явно присутствует. Да и Кент говорит не совсем иностранными фразами, ставя обороты после системы подлежащие-сказуемое. Так пишу я по-русски, а не англичане, имеющие более удобные для подражания примеры русской речи. Однако в одном Добрынин прав. Ненависть к системе доходила до пораженческих настроений, которые надо было жестко пресекать. Всё это было заметно невооруженным глазом для иностранцев, живших в России. Точно сказано о Толстом, позорников, желавших поражения России в войне с Японией, думцах, Керенском. Четко отражена безжалостность к собственной армии - некая гордость за огромные потери. Не сказано одно - царь болел той же болезнью, то же был равнодушен к потерям, нехватке патронов у солдат, безработице и тяжелому положению крестьянства.

В каком-то смысле речь англичанина несет в себе ущербность аристократического менталитета, который в России был умножен на православное хамство. Сейчас объясню - православная братия отлично знает, что её в России ненавидят или презирают как наглых и тупых претендентов на духовную власть над народом. Однако они ничуть не унывают и продолжают талдычить одно - все вокруг язычники, всех надо к ногтю прижать. Они не могут испугаться и пойти на диалог и уступки, пока их не начнут бить. Скажу то, что я знаю по семейным преданиям, благо бывших офицеров царской армии в Первую мировую хватает и в моей родне, и в родне моих знакомых.

В 1917 году Керенский в борьбе с Корниловым напрямую обратился к солдатам и на фронте начались прямые погромы офицеров. Офицеров пытали, убивали после пыток, унижали. Издевательства достигли такой степени, что объединение офицеров и массы интеллигентов с народом в борьбе с большевизмом стало невозможно. Народ был прав, когда предполагал, что офицеры за такое хамство и злобу обязаны мстить, а не клясться в любви к народу. Офицеры тоже не могли и не желали лезть к народу с сочувствием, когда народ стал плакаться сам себе из-за большевистской продразверстки, расстрелов и массовых иных издевательств. Ещё меньше они могли сотрудничать с разочаровавшимися в революции эсерами, меньшевиками и прочими участниками погромов, этаких вожаков-недоучек, неспособных ценить чужие знания и ум, зато гораздых заседать в комитетах и вечно претендовать на власть. Общество оказалось расколото. По семейным преданиям я помню главное. Неважно, куда потом мобилизовывали бывших офицеров - в Белую армию или в Красную - вспоминали они потом после Гражданской в первую очередь не революцию, не подвиги или поражения в Гражданскую, а погромы офицеров солдатами на фронте. Причем, неважно, были ли они кадровыми или, как презрительно сказано в тексте, парикмахерами. О подвигах много болтали от полковника и выше. Раскол в обществе парализовал офицерский состав от подпоручика до капитана. Более того, был и иной, внешне менее заметный раскол между кадровыми офицерами, дворянами с особыми возможностями карьерного роста, и остальными. Ах, ну, почему, тебя, поручик, только в сортире искупали, а мне, майору, заодно гвоздями погоны к плечам прибили? Ах, да, ты же из бывших студентов и бывших крестьян! Уж, не тайный эсер ли ты?

Эх, глупые вы, советские граждане, не несете вы в себе никакого ценного исторического предания, доставшегося в наследство от предков, варвары, читающие мемуары, не видевшие, как вам рассказывают что-то родители, и на их лицах появляются ужасы воспоминаний о былом, унаследованные от предков ваших. Только маленькие обрывки рассказов бабушек о куличах на Пасху или фаршированной щуке на Пейсах. Не несете вы в своих сердцах трагичности времен, их опыта и скепсиса. Только мечты о некой изящной жизни, пустые претензии на имения, которые ваши боковые родственники, передали бы всё равно не вам. Нет в вас того единства с временем, которое объединяет и разъединяет одновременно аристократа и мастерового. Из истории вы выбираете только то, что вам угодно, поскольку в ваших душах истории, мешающей брать из неё только сладенькое. Да и история у вас какая-то женская. Женская история очень редко бывает объективной, обычно она зациклена на мелочах - тогда было голодно, тогда было сытно, тогда получала удовольствие от секса, а тогда от материнства, тогда гладили, а тогда за пустые щи в морду дали, тогда сожитель был трезв, а тогда он запил. Грустно, господа, грустно. Рулят ей выскочки, выскочили на гребне Гражданской войны прохиндеи, которые до Гражданской не могли поступить или нормально учиться в Университетах, уж больно тупы многие из них были. Путин из рода кремлевских поваров, Удальцов из пропагандистов красных и наглых, Навальный из офицерья, продавшего страну в 1991 году. Это люди, чьи предки во многом отреклись от прошлого своих предков. Мол, другие колебались, а наши предки быстро сообразили купить томик Маркса, выучить фразу, что есть два класса, пролетариат и буржуазия, обскакали всех в своей карьере. В том-то и дело, что они обскакали прежде всего даже не соседей, а отца с матерью, записав их в отсталые элементы. Именно так сделал карьеру их товарищ Сталин, да и товарищ Ленин из подобной когорты. Так и в перестройку многие мечтали именно о схожих карьерах либерастов, записать отца с матерью в отсталые элементы и карьеру сделать. А товарищ Чубайс не дремлет. Недаром он говорит, что старое поколение обязано вымереть - так легче молодежи забыть историю. Вот так и живем.  

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments