Alex Dietrichstein (glavbuhdudin) wrote,
Alex Dietrichstein
glavbuhdudin

Пара случаев из Непобедимой и легендарной

Оригинал взят у kosarex в Пара случаев из Непобедимой и легендарной
Как-то на провинциальной станции коротал ночь до первой электрички. Разговорился с одним из таких же ожидающих. Его отец был печатником, затем стал революционером и получил назначение на пост комиссара в один из полков Тухачевского, шедшего на Варшаву. У него власть, а реально командовал полком царский полковник. Так решил комиссар - полковник командует, но обязан объяснять комиссару причины решений. На практике всё было просто, но не по Уставу. Получен приказ из штаба Тухачевского - продвинуться вперед на 10 км. Полковник требует пройти 13 и объясняет - позиция неудобная, а впереди речка, сбоку болото, обойти нас или напасть ночью будет куда сложнее. Комиссар кивает головой и командует комбатам - выполняйте. Потом приказ - пройти вперед 15 км. Полковник смотрит на карту - пройти 8 км, занять оборону, в ближайшие дни наверстаем. Затем пояснения - будет рваться вперед - разорвется взаимодействие с соседями справа, возникнет недопустимая брешь между позициями соседних полков. Комиссар снова кивает головой и командует комбатам - выполняйте. Всё чисто по революционному - власть у комиссара, комиссар имеет право в любой момент застрелить полковника и свалить на него ответственность за любой промах полка. Тут уже интересен момент, что полковник постоянно корректировал решения штаба Тухачевского, указывая на карте, что так действовать нельзя, а надо действовать иначе. Поведение же комиссара понятно - до революции многие умные, русские люди не могли тратить время на образование, нужно было работать и помогать родителям. Природного ума хватало не лезть зря с маузером и качать права, он предпочитал учиться и разбираться в ситуации. Отношения с полковником были отличные - гоняли чаи в свободное время, говорили за жизнь, конфликты отсутствовали. Но, видимо, так было не везде, поэтому полк быстро вышел в передовые по качеству управления - идут вперед хорошо, потери минимальные, в ротах порядок, нет проблем с дисциплиной. Короче, воевали даже лучше чем при царе, полковник-то имел громадный опыт Первой мировой.

Решение штаба Тухачевского было понятно - раз полк воюет хорошо, значит, всё дело в комиссаре, вперед на повышение. Вместо отца моего собеседника полковнику прислали юного, прошедшего минимальные курсы военного обучения комиссара. Не было у него за плечами опыта жизни, не было привычки держать в руках умные книжки, зато был революционный пыл и твердое понимание, что все старые спецы просто гидры контрреволюции, желающие гадить и гадить Красной армии. Юный комиссар сходу вошел в конфликт с полковником, стал угрожать, пересматривать решения и всюду лез со своим мнением. Слухи о конфликтах достигали даже штаба, где работал прежний комиссар. И в одну прекрасную ночку полковник сбежал к полякам, в разрыв между позициями через пару дней пошли польские части в наступление. Бывший полк бывшего печатника оказался на острие польского наступления и был разгромлен за несколько часов. По слухам полковник от поляков ещё говорил красноармейцам, что не пришли Тухачевский нового комиссара, он бы не сбежал и поляки бы не прошли. Понятно, что полковник посоветовал полякам место для наступления, а те не стали по-комиссарски выпендриваться и советом воспользовались. Революционеры того времени любили рассуждать о предательстве, а сами фактически принуждали к предательству. Не стоило махать маузером и орать: да я тебя сейчас расстреляю, потом дам знать в тыл и всю твою семью расстреляют.

Другая история молдавская. Рассказывала ныне покойная подруга моей матери Надежда Лернер. У евреев в Приднестровье огромной популярностью пользовался господин Котовский. Отношения с румынами у советов были напряженные. На границе с обоих сторон стояли войска и всё время норовили друг другу гадости устроить. Однажды румыны захватили в плен часть бойцов Котовского. Тот в ответ устроил маскарад с переодеванием, неожиданно атаковал румын, бойцов отбил и немало румын уничтожил. Началось ликование в Красной армии. У большинства командиров не хватило ума понять, что, раз фокус с переодеванием в румынскую форму прошел, то именно этот фокус повторять не следует - румыны дважды на один крючок не клюнут. Так и происходило - румыны при появление с другой стороны бойцов в форме румынской армии раз за разом поднимали тревогу и ставили пулеметы в нужные места в засаду. Раз побъют красных, два побъют красных, а те ничего не понимают. Только, когда в засаду попала аж целая дивизия и была практически уничтожена, был дан жесткий приказ - устраивать фокусы с переодеванием категорически запрещено. А среди приднестровских евреев ещё долго рассказывали, как больше недели с места последнего поражения в пограничном конфлите трупы телегами вывозили. Вот вам пример шаблонности большевистского мышления - один раз удалось, потом потребовалась целая серия поражений, чтобы прекратить порочную практику.

Нечто схожее мы наблюдаем во Вторую мировую. У немцев взвод имел порядка 35 человек по штату. К взводу придавались пулеметчики. 4 ручных пулемета на взвод, 12 пулеметов на роту плюс станковые пулеметы, минометы и противотанковое орудие. Это условно, поскольку немецкий комбат принимал решение, где дать больше пулеметов, где меньше. Тем не менее, даже четырех ручных пулеметов на взвод было достаточно, чтобы полностью обесмыслить традиционные красноармейские штыковые атаки и контратаки. Я уж не говорю про гранаты и полковую артиллерию. Какой смысл лезть на чужую траншею в стиле Первой мировой, когда десять человек кинут из траншеи по команде десять гранат в сторону двадцати бегущих, сделают паузу, а после взрывов ещё десять гранат кинут? Все бегущие будут сметены, а потом пулеметчики начнут добивать раненых. Так уничтожили подольских курсантов - погнали в контратаку. Тем не менее, штыковые атаки в старом стиле были запрещены только после Харьковской катастрофы 1942 года. Поведение большевиков напоминает поведение организма, который не чувствует боли и не осознает важность целости своих членов. Представьте себе человека, которому говорят - не суй в камнедробилку пальчик. Он засовывает, палец уничтожается, он удивленно рассматривает руку и сует новый палец, может от удивления сунуть всю руку или ногу и потом долго соображать над полученным результатом.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments