Alex Dietrichstein (glavbuhdudin) wrote,
Alex Dietrichstein
glavbuhdudin

Categories:

КАК ЭТО ДЕЛАЕТСЯ В ЛОНДОНЕ - 119 (КЕМБРИДЖСКАЯ ПЯТЕРКА-2)

Сам Филби странную слепоту соотечественников объясняет просто: НЕКОМПЕТЕНТНОСТЬ. Это объяснение стоит привести полностью. Небритый мужичёк за столом; бутылка виски, пардон, коньяка; похабная улыбка. Типичный английский юмор, только речь от алкоголя немного плывёт:

«Я удивился, с какой легкостью меня приняли на службу в СИС. Позже выяснилось, что единственным запросом о моем прошлом была обычная проверка в МИ-5 (контрразведке), где проверили мою фамилию по учетным данным и дали лаконичное заключение: "Ничего компрометирующего не имеется". Теперь каждый новый скандал со шпионами в Англии порождает поток рассуждений о "проверке на лояльность" - подробном исследовании всех материалов, относящихся к прошлому проверяемого и связанных с ним лиц. Но тогда, в счастливом эдеме, о "проверке на лояльность" и не слышали. В первые недели мне даже казалось, что я, может, вовсе и не туда попал. На эту мысль навел меня коллега из Москвы. Мои первые сообщения заставили его серьезно подумать, что я попал в какую-то другую организацию. Я думал, что где-то есть другая служба, скрытая в тени, действительно секретная и действительно могущественная, способная на такие закулисные махинации, которые оправдывают вечную подозрительность, например, французов. Скоро, однако, стало ясно, что такой организации не существует. Это было концом иллюзий, но их утрата не причинила мне боли».

Англичане конечно остроумные люди. Тут уж ничего не попишешь – УМЕЮТ.
Продолжим анализ мемуаров Кима Филби («Моя тайная война»). Мы остановились на моменте, когда 28-летний агент британского правительства, работавший на континенте под крышей журналиста, во время войны сбросил маскировку и занялся борьбой с Германией в открытую, под эгидой МI-6.

Заметим, что и до 1940 года Филби работал исключительно по нацистской Германии, главному врагу Великобритании на тот период. Сначала молодой агент под руководством Локкарта выполнял учебно-информационные задания на территории Третьего рейха. Нельзя сказать, что работа репортёром в данном случае была простой крышей. Скорее речь шла о соединении приятного с полезным. Более ответственной была командировка в раздираемую гражданской войной Испанию. Здесь Филби выполнял агентурные задания, прикрываясь легендой «доброго следователя» - эксцентричного консерватора, находящегося в оппозиции к правительству и из идейных соображений поддерживающего франкистов. Вероятно, шпионская работа Филби была секретом полишинеля, биография его отца была хорошо известна. Однако Франко строил свою политику на балансировании между Германией и Англией, да и позиция самой Англии на Иберийском полуострове была весьма двусмысленна. В этих условиях Филби отделался лёгким испугом, в целом его миссия была, так сказать, обречена на удачу. Он получил орден от Франко и пользовался личным расположением испанского посла в Лондоне (впрочем, английского агента). Об этом периоде Филби почти ничего не говорит, но весьма характерно огрызается по адресу испанцев:

«После тщательной проверки моего паспорта майор спросил: "Где ваше разрешение на въезд в Кордову?" Я повторил ему то, что мне сказали в севильской капитании, но он не принял моих слов во внимание. "Неправда, - заявил он тоном, не терпящим возражений. - Всем известно, что для приезда в Кордову требуется особое разрешение". Что привело меня в Кордову? Желание посмотреть бой быков? Где же мой билет? Ах, у меня его нет? Я только что приехал и собирался купить билет утром? "Правдоподобная" история! И так далее. По мере нарастания скептицизма в словах майора я все больше убеждался, что майор - ярый англофоб. В те дни было много англофобов по обе стороны фронта в Испании. Мой мозг заработал с лихорадочной быстротой в поисках выхода из создавшегося положения...».

«Англофобия» франкистов вполне понятна – на стороне республиканцев воевала масса английских «добровольцев»: кадровых офицеров-инструкторов и рядовых бойцов интербригад. Понятна и «англофобия» республиканцев, измотанных двуличной политикой Лондона, для которой Испания была лишь разменной пешкой в игре с Германией и Францией.

Следует заметить, что выше описывается единственный допрос и вообще единственная неприятность за всё время карьеры Филби. И после того как один раз, собственно, по ошибке, наступили на брюшко английской сколопендре, сразу началась истерика. «АНГЛИЧАН обижают». Вот такой образец густопсового расизма. Всю жизнь человек шпионил, пакостничал другим народам, занимался диверсиями и убийствами. Один раз задали пару вопросов, - причём по его же словам справедливо, – тут же «пошёл кал».

После работы военным корреспондентом во Франции 1939-1940 гг., Филби, как уже говорилось, попадает в отдел «Д» MI6, занимающийся партизанской борьбой и идеологическими диверсиями (на уровне листовок). Назначение в отдел человека, имеющего опыт шпионской и пропагандистской работы в условиях гражданской войны, вполне логично. Логична и вся карьера нашего героя. Это хрестоматийный карьерист, удачно сочетающий родительскую протекцию с исполнительностью и пониманием законов бюрократической борьбы. Правда сам Филби из кожи лезет, чтобы доказать, что в штабе английской разведки сидели дилетанты и его продвижение по бюрократической лестнице носило случайный и даже иррациональный характер. Но это проблемы автора, а не внимательного читателя.

Также крайне логична и тенденция его мемуаров. Во-первых, Филби всячески обеляет британские спецслужбы, представляя их старомодными, неопытными, придерживающимися устаревших представлений о чести, и от этого постоянно страдающих.

Филби своё назначение в отдел «Д» сопровождает следующим рассуждением:

«По части политической диверсии возникали большие трудности, потому что здесь затрагивались основные аспекты британской политики. Английское правительство привыкло поддерживать монархов и олигархов в Европе и было настроено против любых форм подрывной деятельности. Единственно, кто мог оказывать Гитлеру какое-то сопротивление, были представители левого движения - крестьянские партии, социал-демократы и коммунисты. Только они были способны, рискуя жизнью, бороться против оккупантов. Но было мало вероятно, чтобы они стали стараться ради английского правительства, упорно продолжавшего заигрывать с «королями каролями» и «принцами павлами», которые систематически преследовали всех левых в период между войнами».

Это наглость, граничащая с безумием. Начиная с конца 18 века Англия последовательно поддерживала все левые партии континентальной Европы. В Лондоне находилась штаб-квартира первого Интернационала, Лондон был столицей европейских анархистов, Англия была главным убежищем и итальянских карбонариев, и французских республиканцев, и польско-греко-венгерско-испанско-чёрт знает каких повстанцев. В Лондоне жил Герцен, из Англии во время первой русской революции посылались корабли, нагруженные динамитом и оружием. Опыт английской разведки по этой части немыслимый. В смысле политической дестабилизации, саботажа, идеологических диверсий Интеллидженс Сервис обогнала разведки других государств на 50-100 лет, а в некоторые периоды вообще действовала в гордом одиночестве. МОНОПОЛИСТ. Конечно при этом «конституционные монархи» Британской империи писали проникновенные письма очередным жертвам своей тайной полиции. Здесь посочувствуют свергнутому монарху, там утрут слёзы овдовевшей вследствие теракта иностранной принцессе, а то и предоставят убежище аристократическим беглецам из Франции-Германии-России. Но ведь это всё спектакль для дураков – типичный образчик знаменитого английского лицемерия.

В полном согласии с этой традицией подличания в глаза, Филби тут же говорит, что как-то по попущению господа, под влиянием независящих обстоятельств англичане стали помогать левому подполью в Европе. Подполье английской помощью пользовалось, но интересы короны при этом игнорировало. Опять англичан подвели наивность и островной альтруизм:

«Оказывалось, что англичане просто хотят восстановления статус-кво, существовавшего до Гитлера: возврата к Европе, где будут спокойно господствовать Англия и Франция при помощи реакционных правительств, достаточно сильных, чтобы поддерживать порядок среди своих народов и служить "санитарным кордоном" против Советского Союза.

Такая точка зрения, однако, исключала само существование управления специальных операций, целью которого, говоря словами Черчилля, было зажечь пожар в Европе. А этого нельзя было добиться, призывая народ к сотрудничеству в восстановлении непопулярного и дискредитировавшего себя старого порядка. Невыполнима эта задача была и потому, что настроения данного момента в значительной степени определялись победоносным шествием Гитлера по Европе. УСО могло действовать эффективно, только заранее предусмотрев перелом в настроениях в Европе, после нескольких лет войны, когда нацистское господство ожесточит людей и заставит взять свое будущее в собственные руки. Эти настроения, без сомнения, должны были стать революционными и покончить с Европой 20-х и 30-х годов.

Дальтон и Гейтскел видели, конечно, противоречия между задачами УСО и точкой зрения министерства иностранных дел, но им приходилось действовать осторожно, ибо у них самих не имелось четкой альтернативы. Оба, как добропорядочные социалисты, надеялись, что один из важнейших ключей к решению проблемы находится в руках европейских профсоюзов. Однако было сомнительно, чтобы профсоюзы пошли на риск по велению английского правительства, если даже в него входят Эттли, Бевин, Дальтон и другие социалисты. Многим казалось, что Англия военного времени резко отличается от Англии Болдуина и Чемберлена, но разве это не была просто другая маска, за которой скрывался предатель Абиссинии, Испании и Чехословакии? Неспособность английских лидеров развернуть настоящую революционную пропаганду только подтверждала это, и Англия всю войну страдала из-за отсутствия должного политического руководства. Все организации Сопротивления брали у Англии деньги и снаряжение, но очень немногие прислушивались к голосу Лондона.

Организации Сопротивления возникали потому, что люди видели собственный путь к будущему, и это не был путь, предусмотренный для них английским правительством. Таким образом, относительный успех управления специальных операций в области материальных разрушений и беспокоящих действий сопровождался относительным провалом в политической области».

Какова же была структура УСО, выделенного из СИС? Оно состояло из двух основных отделов (вообще-то из трёх, но об этом отдельный разговор). Второй отдел занимался саботажем и диверсиями (вскоре, чтобы запутать дело, англичане переименовали СО-2 в собственно УСО). А первый отдел? Первый отдел занимался чёрной пропагандой, но в самом расширительном значении этого слова. Задачей отдела была ПОДГОТОВКА ОБЩЕЕВРОПЕЙСКОЙ СОЦИАЛИСТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ и установление после победы над Германией английского политического господства над Европой. Война понижает степень маскировки, речь идёт о примитивном рукосуйстве, поэтому СО-1 англичане вскоре переименовали в Управление политической войны. Это управление, о чём Филби «забывает» упомянуть, возглавил один из главных деятелей октябрьской революции в России и крёстный отец Кима Брюс Локкарт. Деятельность СО-1 действительно закончилась «относительным провалом». Если конечно провалом назвать установление коммунистической тирании в странах Восточной Европы и общую политическую дестабилизацию в послевоенной Франции и Италии. США с огромным трудом, опираясь на экономические ресурс и присутствие своей армии, остановили «социалистическую революцию» в Западной Европе. В Китае им этого не удалось, и самый многочисленный народ мира по своему хотению по английскому велению окунулся в красный океан маоистского безумия. Конечно это «относительный провал». Но только для островных мегаманьяков.

СО-1 на территории СССР делать было нечего (дело давно сделано). А вот СО-2 имело в Москве базу, руководящую диверсионной работой на оккупированной немцами территории. Впрочем, английские мастера плаща и кинжале не гнушались и непосредственным исполнением террористических акций. Например, английский агент «Николай» «Кузнецов» по приказу Москвы (настоящей Москвы, т.н. СО-2) убил ряд высших тыловых чиновников Вермахта на Украине. Кто же руководил гигантским штабом СО-2 в Москве, по приказу которого сотни самолётов осуществляли поддержку диверсантов в Белоруссии, на Украине, в Польше, Словакии, Югославии?

(пока только процитируем стыдливую фразу Филби):

«Апрельскую югославскую революцию УСО ставило себе в какой-то степени в заслугу. Наши люди там были, но post hoc, ergo propter hoc ("после этого" не означает "вследствие этого")».

Филби скромничает. «Югославская революция» это яркий пример прямой кооперации СИС и НКВД, о котором умалчивают более 60 лет.)

СО-2, т.е. УСО в Москве руководил генерал Джордж Хилл, о чём Филби упоминает вскользь и подаёт как курьёз:

«Весельчак Джордж Хилл - автор книг о своих таинственных приключениях в Советской России, один из немногих оставшихся в живых англичан, которые действительно засыпали "песок в буксы". С большим брюшком, Хилл скорее походил на опереточного короля с лысой макушкой вместо короны. Его назначили руководителем миссии управления специальных операций в Москве. Мои друзья в СССР приняли это с восторгом: они знали о Хилле все».

Ещё бы, именно Хилл, а не партийный идиот Дзержинский, который за всю жизнь гвоздя в стену не вбил, был одним из основателей ЧК.

Но Филби не останавливается на более-менее завуалированном обелении и прибеднении СИС, и по-простому, по-алкогольному доходит до уровня пропаганды, рассчитанной на подростков. По его мнению, британская тайная полиция и пытки – две вещи несовместные. Этого не может быть. Самую жёсткую сцену допроса (в военное время!) Филби описывает так.

«Английская разведка давно подозревала Луиса Кальво - испанского журналиста, работавшего в Лондоне, в том, что он пересылает в Испанию полезную для врага информацию. Он был арестован и направлен в "строгий" следственный центр на Хэм-Коммон. К нему не применялось физическое насилие. Его просто раздели догола и привели к коменданту центра Стефенсу, человеку прусского типа, с моноклем в глазу. Стефенс каждый свой вопрос сопровождал ударом стека по своему сапогу. Оценка нервного состояния Кальво оказалась правильной. Напуганный легкомысленным предательством своего соотечественника, а также, несомненно, стеком, Кальво рассказал о своей деятельности. Этого было достаточно для того, чтобы на время войны упрятать его в тюрьму».

А вот как добрый английский следователь стращает шпиона. Так стращает, что самому страшно становится, а вражеский агент зевает ему в лицо:

«Симоеса арестовали. Чтобы избежать всяческих случайностей, его отправили в "строгий" следственный центр на Хэм-Коммон и напустили на него Томми Харриса. По натуре Харрис не мог быть с кем-либо по-настоящему строгим, но тут он старался, как мог. Харрис объяснил Симоесу, что тот находится в тюрьме английской секретной службы, что он вне досягаемости закона, что консульство не знает о его местонахождении и никогда не узнает, что он может остаться здесь на всю жизнь, если ему сохранят ее, что его могут морить голодом, бить, убить и никто никогда об этом не узнает. Единственная надежда для него - полное признание в шпионаже на немцев. Харрис говорил и многое другое в таком же роде, пока его разыгравшееся воображение не прошлось по всей гамме чувств. Харрис потом признался мне, что нарисовал такую леденящую кровь картину, от которой ему самому стало страшно.
Все это Симоес слушал с нарастающим нетерпением и время от времени с раздражением заявлял, что он хочет есть. Однако примерно через час допроса он принял решение. Попросив бумагу и ручку, Симоес нацарапал на двух страницах показания о контактах с немцами в Лиссабоне, включая инструкции, микрофототочки и все остальное. Он объяснил, что не имел ни малейшего желания подвергать себя опасности и что единственной его целью было найти хороший заработок в Англии, куда он не мог бы добраться без посторонней помощи. Закончив писать, Симоес бросил ручку и воинственным тоном спросил: "Ну, а теперь мне дадут что-нибудь поесть?"».
Ох уж этот старина Харрис!

Вот такой замечательный перебежчик перед нами. Представьте чекиста-невозвращенца, который пишет, что единственный вид пыток на Лубянке - это пристальный взгляд Феликса Эдмундовича. Такая «киностудия детских и юношеских фильмов имени Горького» продолжается на протяжении всего филбовского мемуара.

Существует заблуждение дилетантов, считающих, что во время войны неимоверно возрастает роль государственной разведки. На самом деле шпионам во время военных действий делать нечего. Война делает невозможной сколько-нибудь серьёзную и успешную разведывательную работу. Когда границы перекрыты фронтами, дипломатические и торговые отношения разорваны, общество мобилизовано, а свобода слова равна нулю, особо не пошпионишь. С противником работает войсковая разведка и служба радиоперехвата. Тем не менее, штаты тайной полиции во время войны раздуваются неимоверно. Отчасти это обусловлено рутинной контрразведывательной работой, носящей профилактический характер. Но лишь отчасти. Важнее другое: служба в тайной полиции является легальной отмазкой от посылки на фронт. Чем с большими оборотами вращается военная мясорубка, тем больше тыловых крыс скрепит ремнями и отсверкивает бутафорскими погонами в фиктивных «конторах». Такой маменькин сынок раздувается как клещ, делает серьёзное «стратегическое» лицо, а по сути перебирает ничего не значащие бумажки. Задача тайной полиции во время войны это выдача на гора туфты, призванной имитировать реальную работу. На туфту руководство государства смотрит сквозь пальцы. У всех есть дети. Да и негоже пускать на распыл правящий класс государства. Особенно государства кастового, феодального.

В этом смысле Ким Филби быстро вырулил в место золотое: иберийский отдел СИС. В сентябре 1941 года он перевёлся из УСО в качестве начальника иберийский подсекции 5 секции СИС.

(Справка: 5 секция это подразделение МИ6, которое, как и МИ5 занимается контрразведкой, но в рамках деятельности МИ6. Одинаковые цифры сделаны, чтобы запутать посторонних, но я не советую особо разбираться в этих феодальных ухищрениях. Дело в том, что вся официальная структура СИС является выдуманной. О подлинном устройстве и даже самом характере этой организации в 18-19 вв. не говорится ничего, заявляется, что её прототип создан только в 1909 году. На самом деле это лишь легальная проекция на государственной аппарат организации, действовавшей и до этого, и после этого ПОМИМО государства. По своей структуре СИС, точнее то, что официально называют «СИС», больше всего похоже на орден иезуитов, с которого она в 18 веке и скопирована.)

Испания и Португалия не принимали участия во второй мировой войне, шпионская работа на этом второстепенном направлении была вполне возможна. Более того, для англичан она была абсолютно безопасна. Португалия просто была британским сателлитом, а Франко ловко балансировал между Черчиллем и Гитлером. Такая позиция устраивала и Англию и Германию. Немцы использовали Испанию для транзитной торговли с Латинской Америкой, а англичане в разумных пределах смотрели на это сквозь пальцы, так как нейтралитет Испании обеспечивал неуязвимость Гибралтара.

На Острове существует целая Литература о том, как английские аристократы не отсиживались в тылу, а доблестно сражались на «иберийском фронте» с злокозненными германскими шпионами. На самом деле деятельность СИС в Испании и Португалии неимоверно преувеличена. Точнее сказать, обстановка была в этом районе такая, что давала достаточно поводов для выращивания развесистой клюквы, под сенью которой спасались от призыва десятки и сотни аристократических сынков, и которая создавала ареол успеха вокруг «Конторы» в целом, и следовательно прочих отделов.

Ким Филби на этой должности оброс связями, хотя сам факт назначения на «хлеборезку» свидетельствовал о мощной протекции. (Кстати, подумайте, могли ли вчерашнего «независимого журналиста» назначить на руководящую работу в святая святых – в «контрразведку разведки».) Дела шли хорошо и к концу войны Ким Филби стал руководителем пятой секции.

Всё пока логично и понятно. НО. Это назначение сопровождало обстоятельство столь невероятное, что лучше всего описать его словами самого мемуариста. Тут ценно каждое слово:

«Задолго до окончания войны с Германией руководство СИС стало обращать свои мысли к будущему противнику. В период между двумя мировыми войнами большая часть ресурсов службы расходовалась на операции по проникновению в Советский Союз и на защиту Англии от того, что обобщенно именовалось "большевизмом". Когда поражение стран оси стало неминуемым, мысли СИС вернулись в старое, привычное русло. Скромное начало было положено созданием небольшой девятой секции для изучения старых дел о Советском Союзе и деятельности коммунистов. Руководителем секции назначили сотрудника МИ-5 по фамилии Карри, который уже приближался к пенсионному возрасту. Он был глух и не знал специфики работы СИС. Кроме того, обстановка исключительной секретности мешала ему получать документы (!), имеющие отношение к его работе.

Впрочем, все понимали, что Карри назначили временно и что, как только сократится объем работы против Германии, его заменят кадровым сотрудником СИС.

Сложившаяся ситуация, как мне тогда представлялось, могла иметь два решения: либо после отставки Карри его заменят другим человеком, либо девятую секцию сольют с пятой. Каугилл (глава пятой секции) не сомневался, что будет принято второе решение. Он с воодушевлением говорил о том времени, когда мы избавимся от старины Карри и по-настоящему развернем работу против коммунизма. Каугилл имел основание на это надеяться. После поражения стран оси наступит режим экономии, и штаты СИС будут резко сокращены. Казалось почти невероятным, чтобы в новых условиях сохранили обе контрразведывательные секции: одну - для решения очень важной, советской проблемы и другую - для более или менее незначительных дел. Несомненно, будут стараться объединить эти две секции, и тогда Каугилл, как старший по службе, будет бесспорным кандидатом на пост начальника объединенной секции...

Девятая секция Карри состояла из четырех сотрудников - он сам, две девушки и один полоумный. Одна из девушек была очень милой особой из женской вспомогательной службы ВМС, и я оставил ее. Другая была довольно странная особа, пришедшая к нам из цензуры, и я почувствовал облегчение, когда вскоре после моего вступления в должность она получила ожог роговицы, наблюдая солнечное затмение, и вынуждена была покинуть нас. Полоумный был некто Стептоу из Шанхая, который в период между войнами отвечал по линии СИС за весь Дальний Восток. Как это могло случиться, для меня и сейчас остается загадкой. Трудно поверить, что он мог удержаться на любой работе хотя бы неделю...»

Вскоре пятую секцию действительно ликвидировали, но на руководящую должность назначили прожжённого интригана и подхалима Филби:

«Ее функции были переданы девятой секции, получившей новое название - Р-5. Таким образом, после реорганизации я стал одним из заместителей начальника английской секретной службы с соответствующим повышением жалованья и возглавил всю контрразведывательную работу в СИС».

При этом руководство специально подчеркнуло особое условие работы на новой должности:

«Шеф добавил заключительную статью: я ни в коем случае не должен был иметь каких-либо дел со спецслужбами Соединенных Штатов. Война еще не закончилась, и Советский Союз считался союзником Англии. Ни под каким видом нельзя было рисковать утечкой информации. Шеф имел в виду возможность утечки информации из американских спецслужб к русским. Это была поистине пикантная ситуация!»

Итак, что получается?

1. Во время мировой войны Англия совершенно не следит за огромным государством и своим весьма ненадёжным и условным союзником - СССР. Сталин коварный деспот, ещё недавно поддерживал Гитлера, имеет мирные отношения с Японией, воюющей против Англии. Но что происходит в СССР, Черчиллю совершенно не интересно. Московскими делами занимаются полтора человека.

2. В конце войны советский отдел СИС почему-то... сливают с отделом контрразведки. Причём это решение настолько очевидно, что просчитывается заранее.

3. Руководителем объединённого отдела назначают Филби, который не знает русского языка и никогда не занимался русскими делами. При этом его (советского шпиона) предупреждают об опасности шпионской деятельности со стороны... американцев.

Подобный калейдоскоп нелепостей имеет только одно логичное объяснение. СССР являлся тайной британской колонией, и как часть имперских территорий проходил по ведомости не МИ6, а МИ5. В МИ6 существовал карликовый русский отдел, призванный как-то замазать зияющую лакуну для постороннего взгляда. Понятно, почему в конце концов его слили именно с КОНТРРАЗВЕДЫВАТЕЛЬНЫМ отделом МИ6 и почему до Филби его возглавлял сотрудник МИ5.

Главным адресатом подобных перестановок были американцы, с которыми с 1941 года британские спецслужбы установили тесные отношения. Задача реорганизованного отдела заключалась в якобы совместной работе с Вашингтоном против СССР. На самом деле речь шла о фальсификации и прямом саботаже. Именно в этом и заключалась работа Филби. После разгрома Германии он переключился на нового врага №1 - США. Следует оценить коварство туманного Альбиона – «русский отдел» СИС, с которым сотрудничали американцы, на самом деле был контрразведывательным отделом разведки, то есть работал... против американских разведчиков, сотрудничавших с англичанами.

Это и была «тайная война» мистера Филби. Именно в рамках этой войны он получил свой следующий пост, на первый взгляд абсолютно абсурдный – пост главы резидентуры в... Турции. Любопытно, что эту работу Филби счёл повышением. Она и была повышением, если учесть, что в Константинополе ничего фиктивного уже не было – ни иберийского курорта, ни квазиразведки против СССР. Правда сам Филби утверждает, что в Турции он главным образом воевал с СССР.

по материалам http://www.upravda.ru/
Tags: Сделано в Лондоне
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Eat At Joe's

    I go to work from 10:30 until 6 a.m Raking up those dimes and quarters Slinging eggs and ham Scrambled,poached or over easy Coffee black and…

  • Об интервенции

    Многие критики современной историографии довольно давно потребовали пересмотра учебников, посвященных русской главе новейшей всемирной истории, и это…

  • Männer muss man loben

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments